Библейские стандарты уголовно-правового обеспечения уважительного отношения к родителям и их проекция на российское законодательство


09.10.2015

Библейские стандарты уголовно-правового обеспечения уважительного отношения к родителям и их проекция на российское законодательство

Несмотря на радикальные перемены, происшедшие в последние десятилетия во всем мире в сфере религиозного, нравственного и правового регулирования межличностных отношений, семья остается важнейшим социальным институтом. Конституция РФ объявила о государственной защите семьи и равной обязанности родителей и детей заботиться друг о друге (ст. 38), Семейный кодекс РФ в развитие конституционных положений исходит из принципа построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов (ч. 1 ст. 1).

Свидетельствуют о чрезвычайной значимости института семьи для современного российского общества и государства и положения Уголовного кодекса РФ, выполняющие функцию уголовно-правовой охраны семейных ценностей и отношений от наиболее опасных видов посягательств - преступлений (гл. 20 «Преступления против семьи и несовершеннолетних»). Вместе с тем анализ норм уголовного закона показывает, что, несмотря на взаимный характер юридических обязанностей детей и родителей заботиться друг о друге и уважать друг друга, УК РФ в рассматриваемой области правового регулирования ориентирован исключительно на охрану прав ребенка, защиту несовершеннолетнего от преступных злоупотреблений и иных противоправных деяний как родителей, так и иных совершеннолетних граждан. При этом родители как субъекты семейных правоотношений взяты под уголовно-правовую защиту от злоупотреблений детей только в одном случае, предусмотренном ч. 2 ст. 157 УК РФ, - при злостном уклонении совершеннолетних трудоспособных детей от уплаты по решению суда средств на содержание нетрудоспособных родителей.
Кроме того, наблюдаемый сегодня плюрализм в определении понятия семьи, принципов построения семейных правоотношений в целом и отношений между родителями и детьми в частности стал поводом для обращения специалистов-правоведов к историческим корням семейного права, а также к сопоставлению юридической и религиозно-нравственной систем закрепления семейных ценностей .

Таким образом, несомненна актуальность обращения к одному из самых древних и авторитетных религиозно-правовых памятников человечества, священному для миллионов иудеев, христиан и мусульман Пятикнижию Моисея с целью поиска духовных основ взаимоотношений членов семьи и возможностей их правовой защиты от преступных посягательств.
С юридической точки зрения Пятикнижие Моисея (Тора) примечательно тем, что оно вобрало в себя, помимо исторических повествований, описание норм архаичного патриархального и раннего государственного древнееврейского права, происходящих, по Библии, непосредственно от Бога, передавшего через пророка Моисея заповеди и другие законы для руководства жизнью богоизбранного народа. Подавляющее большинство норм Пятикнижия по содержанию и форме изложения напоминают современные уголовно-правовые нормы, поскольку сформулированы, как правило, в виде конкретных и лаконичных запретов, сопровождаемых угрозой смерти или (реже) иными суровыми санкциями. Для их обозначения в богословской и юридической литературе часто используется термин «Моисеево уголовное право» .

Приступая к правовому анализу Пятикнижия, датируемого обычно
Защите семейных ценностей от преступных посягательств практически в каждой из книг Моисеевых уделяется пристальное внимание. Оно предопределено особым местом общественной нравственности вообще и нравственной чистоты брачно-семейных отношений в частности в системе объектов правовой охраны Моисеева уголовного законодательства, а преступлений против нравственных основ семейных отношений - в системе его особенной части. Эта группа общественных отношений традиционно в Пятикнижии занимает второе место по значимости после религиозных отношений, а преступления против нравственности - второе место после преступлений против Бога, веры и порядка ее исповедания. Нравственная чистота - это требование, предъявляемое Богом к Израилю как к богоизбранному народу, соответствие которому должно отличать его от других народов. Поэтому всякое отступление от ветхозаветных канонов нравственной чистоты внутрисемейных и иных межличностных отношений, не говоря уже об их грубом попрании, предстает в Пятикнижии как преступление против воли Божьей. При этом характерным отличием Моисеева уголовного права в области защиты семейных ценностей является верховенство принципа почтительного отношения детей к родителям, нарушение которого объявлялось преступным и влекло наступление самых суровых мер юридической ответственности, чаще всего наказания в виде смерти.
Первое повествование о преступности неуважительного отношения к родителям обнаруживается в первой же книге Библии - Бытие, где рассказывается о ветхозаветном патриархе и праведнике Ное. История жизни Ноя интересна с точки зрения уголовно-правового анализа не только в связи с заключением им завета с Богом, частью которого стали нормы о запрете убийства под угрозой смертной казни (Быт. 9:4-6), но и из-за некоторых событий его семейной жизни. В частности, отдельные детали жизнеописания Ноя и получившие крайне негативную оценку в Библии поступки членов его семьи позволяют предположить, что в архаичном обществе преступными признавались не только нарушения постановлений о запрете кровопролитий, но и попрание нравственных основ патриархального быта. Так, по-видимому, с послепотопных времен считалось преступлением всякое проявление неуважительного отношения к отцу. Об этом свидетельствуют описание и осуждение в первой книге Ветхого Завета поступка Хама, одного из сыновей Ноя, не уважившего пожилого отца, который, будучи в состоянии опьянения, уснул обнаженным (Быт. 9:20-23).
Одно из толкований этого сюжета даже предполагает, что преступление Хама могло выразиться в нанесении отцу сексуального оскорбления . Используемое в Библии «выражение »увидел... наготу отца своего« вполне может быть эвфемизмом, за которым скрывается нечто более постыдное, чем просто созерцание (возможно, случайное) обнаженного отца в пьяном беспамятстве» . Ссылаясь на параллельные формулировки «сделал над ним» и «открыть наготу», содержащиеся как в исследуемом фрагменте книги Бытие, так и в законе о половых преступлениях книги Левит, а также данные других авторов, американский писатель А. Азимов выдвинул несколько возможных толкований преступных действий Хама в отношении Ноя:

- «увидев отца в позорном состоянии, посмеялся над ним»;
- «мог... воспользоваться опьянением Ноя и совершить с ним половой акт»;
- «имела место кастрация» .

Последняя версия встречается и в других источниках, опирающихся на еврейские предания и толкования . Следует отметить, что А. Азимов, рассматривая приведенные версии как чисто умозрительные построения, считал, что «буквальное прочтение Библии не дает нам оснований приписать Хаму  вину, чем случайное подглядывание», и даже указывал, что «не важно, что именно содеял Хам, важно, что он счел это отменным развлечением и пригласил даже Сима и Иафета, видимо, ожидая, что те присоединятся к веселью. Легко понять, что это лишь усилило оскорбление и увеличило состав преступления» . Поскольку в книге Бытие детали преступления Хама не уточняются, закономерно предположение о том, что в тот период любое проявление сыном неуважения к отцу считалось преступным, что вполне соответствовало системе ценностей и укладу жизни патриархального общества.

Как следствие, Хам заслужил наказание: его сын Ханаан был проклят и его потомки стали рабами у потомков его братьев Сима и Иафета, показавших должное уважительное отношение к отцу (Быт. 9:25). Данные правовые последствия совершенного Хамом преступления указывают, что принцип индивидуальной ответственности и субъективное вменение еще не стали нормой для обычного права того времени, поэтому кара распространялась на все потомство виновного субъекта. Как видим, ветхозаветное право было довольно суровым. Сегодня действия Хама, если исходить из их буквального понимания в соответствии с библейским повествованием, могли бы быть оценены как аморальные, но никак не противоправные и наказуемые.
На фоне сурового осуждения оплошности Хама вызывает недоумение отсутствие в книге Бытие осуждения другого дурного с точки зрения современной морали поступка сына в отношении отца. Имеется в виду библейский рассказ о получении Иаковом отеческого благословения у состарившегося патриарха Исаака путем обмана, организованного Ревеккой, женой Исаака и матерью Иакова, когда последний выдал себя за старшего брата Исава (Быт. 27:1-40). Эта история описывается в Ветхом Завете не столько в осуждение, сколько, как нам кажется, в оправдание и восхваление предприимчивости будущего патриарха Иакова. В Библии говорится, что «вострепетал Исаак весьма великим трепетом» (Быт. 27:33), когда обман вскрылся, но при этом никак не наказал обманщика. Современные исследователи Библии Я. Ратушный и П. Шаповал инкриминируют Иакову совершение пяти действительных преступлений, первое из которых - обман брата и отца . Британский религиовед и этнолог Дж.Дж. Фрэзер квалифицирует действия Ревекки и Иакова как «сплетение обмана и предательства со стороны коварной матери и лукавого сына по отношению к престарелому супругу и отцу» . Как было показано, неуважительное отношение к патриарху считалось преступлением со времен Ноя. Еще более радикальную и однозначно уголовно-правовую оценку указанным действиям дал французский антиклерикальный писатель Л. Таксиль: «Мы видим здесь явно уголовный поступок. Какой угодно суд признал бы Иакова виновным в подлоге. Он был бы осужден, была бы осуждена и мать его Ревекка, которая была не только сообщницей, но и подстрекательницей преступления, совершенного с заранее обдуманным намерением» .

Однако следует признать, что текст Библии не содержит каких-либо прямых указаний на то, что обман отца сыном повлек за собой хоть какое-то наказание Иакова патриархом Исааком, не говоря уже о Божьей каре. Советский критик Библии Е.М. Ярославский полагал, что тем самым в Священном Писании оправдывается «ростовщическая мораль» Иакова, который начал жизненный путь «вымогательством и обманом. Но обман даже ближнего своего далеко не считался, по-видимому, преступлением» . По мнению других толкователей Библии, например М. Шалева, наказание Иакова за «гнуснейший обман, нанесший смертельный удар и Исаву, и Исааку» , выразилось в последующих годах рабского труда Иакова на своего дядю Лавана, нравственных муках Иакова, связанных с его женитьбой на Лие, подстроенной путем обмана (т.е. тем же преступным способом) ее жадным и подлым отцом, тогда как сам Иаков любил ее младшую сестру Рахиль, обещанную ему Лаваном за семилетний труд. В этом случае в библейской истории о том, как «обманщик Иаков сам становится жертвой хитроумного обмана» , действительно можно усмотреть описание торжества справедливости, отождествляемой в обычном праве с принципом талиона.

При этом сам Иаков спустя много лет перед смертью лишил права первородства старшего сына Рувима за другое преступление против авторитета и власти отца - прелюбодеяние, выразившееся в том, что «Рувим пошел и преспал с Валлою, наложницею отца своего» (Быт. 35:22). Патриарх осудил это: «Но ты бушевал, как вода, не будешь преимуществовать. Ибо ты взошел на ложе отца твоего; ты осквернил постель мою, взошел» (Быт. 49:4). Данный поступок Рувима, по мнению А. Азимова, мог отражать также его попытку добиться абсолютного лидерства, так как «одним из способов, которым узурпатор во времена Ветхого Завета пытался подчеркнуть и узаконить свое положение, был захват гарема его предшественника» . Если придерживаться этой версии, то в деянии Рувима, квалифицируемом на первый взгляд как совокупность преступлений против нравственности в виде блудодеяния и оскорбления, нанесенного отцу, обнаруживается покушение на незаконный захват власти.

Если в книге Бытие преступные проявления неуважительного отношения к отцу представлены казуистически, то во второй книге Библии - Исход - они сформулированы в виде четких правовых норм с диспозициями и санкциями. Для правоведа книга Исход примечательна прежде всего тем, что в ней показана священная картина передачи Богом народу Израиля через пророка Моисея Декалога и развивающего его Синайского законодательства, уголовно-правовая составляющая которого может быть условно названа Синайским уголовным кодексом .

Всемирно известные десять заповедей образуют нравственно-правовые основы построения отношений сынов Израилевых прежде всего с Богом, а также друг с другом и являются своего рода принципами как канонического права, так и права мирского - гражданского, семейного и уголовного. Для нашего исследования наибольший интерес представляет пятая заповедь Декалога: «Почитай отца твоего и мать твою, чтобы продлились дни твои на земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе» (Исх. 20:12). Будучи нормой-принципом, эта заповедь нашла развитие в положениях Синайского уголовного кодекса, регулирующих преступления, направленные против общественной нравственности.
В соответствии с древней еврейской правовой традицией, заложенной Ноем, Синайский уголовный кодекс к преступлениям против почтительного отношения к родителям отнес два общественно опасных деяния:
1) применение насилия в отношении родителей: «Кто ударит отца своего или свою мать, того должно предать смерти» (Исх. 21:15);
2) оскорбление и клевета в отношении родителей: «Кто злословит отца своего или свою мать, того должно предать смерти» (Исх. 21:17).
Как видим, оба преступления наказывались очень строго - смертью. Вероятно, столь суровый характер наказания за безнравственное, непочтительное отношение к родителям объясняется тем, что данные преступления очень близки к преступлениям против Бога. Он тоже является Родителем - Творцом человека. Не случайно заповедь о почтительном отношении к родителям занимает промежуточное место между заповедями об отношениях человека и Бога и заповедями об отношениях между людьми, выступая своеобразным связующим звеном. При таком толковании злословие сына в отношении отца, проецируясь на отношения Израиля-сына и Бога-Отца, представляется уже хулой на Господа.
В третьей части Моисеева Пятикнижия - книге Левит - представлена своя система преступлений против нравственности, традиционно являющихся важнейшими после религиозных преступлений. Книге Левит в Библии отведена роль Священнического устава. Однако характер содержащихся в ней правовых норм означает не только охрану святости священства, богослужений, жертвоприношений и других обрядовых проявлений вероисповедания. Поскольку Израиль, будучи богоизбранным народом, представлен в Пятикнижии как священник среди других народов, он должен быть выше, духовнее, чище всякого языческого народа. Именно поэтому в книге Левит закреплено такое количество уголовно-правовых норм, направленных на обеспечение нравственной чистоты общества, какого нет в других книгах Торы. При этом установления книги Левит об уголовной противоправности и наказуемости неуважительного отношения к родителям практически повторяют положения книги Исход:
1) «Бойтесь каждый матери своей и отца своего» (Лев. 19:3);
2) «Кто будет злословить отца своего или мать свою, тот да будет предан смерти. Отца своего и мать свою он злословил: кровь его на нем» (Лев. 20:9).
В книге Второзаконие, которая замыкает Моисеево Пятикнижие, общественная нравственность также переплетается с религией, обретая еще и историко-государственное значение. На начальном этапе построения еврейского государства в Земле обетованной нравственность наряду с функцией регулятора личных и семейных отношений стала исполнять роль духовной «скрепы», объединяющей колена Израилевы в единый народ как субъект государственно-правовых отношений, усиливая сплачивающее действие религии и права. Сообразно такой роли нравственности следует понимать и социальное назначение механизма уголовно-правовой охраны нравственных устоев общества от преступных посягательств.
Во Второзаконии в основе криминализации неуважительного отношения к родителям также лежит пятая заповедь Декалога, которая (в обновленной версии) гласит: «Почитай отца твоего и матерь твою, как повелел тебе Господь, Бог твой, чтобы продлились дни твои, и чтобы хорошо тебе было на той земле, которую Господь, Бог твой, дает тебе» (Втор. 5:16). Ей, как отмечалось, присущ и религиозный, и светский смысл. С одной стороны, во Второзаконии последовательно утверждается идея богоизбранности Израиля и наблюдается проецирование социальной системы «родители - дети» на систему отношений «Бог - Израиль»: «Вы сыны Господа, Бога вашего» (Втор. 14:1); «Господь, Бог твой, носил тебя, как человек носит сына своего» (Втор. 1:31). В таком контексте преступления против родительской власти предстают как преступное восстание против теократии и богохульство. С другой стороны, рассматриваемые положения Второзакония могут и должны восприниматься в соответствии с их прямым смыслом, свойственным патриархальным и более поздним правовым системам, закрепляющим привилегированное положение старшего поколения .

Преступления против власти родителей и уважительного отношения к ним представлены во Второзаконии двумя составами, а именно:
1) непокорство сына воле родителей: «Если у кого будет сын буйный и непокорный, неповинующийся голосу отца своего и голосу матери своей, и они наказывали его, но он не слушает их: то отец его и мать его пусть возьмут его и приведут его к старейшинам города своего и к воротам своего местопребывания, и скажут старейшинам города своего: »Сей сын наш буен и непокорен, не слушает слов наших, мот и пьяница«; тогда все жители города его пусть побьют его камнями до смерти» (Втор. 21:18-21). Альтернативный характер данного состава преступления охватывает следующие деяния:
а) применение насилия к родителям и иным лицам вопреки родительскому запрету («буен»);
б) неисполнение воли родителей или совершение поступков, противоречащих их воле («непокорен, не слушает слов наших»);
в) расточительство, напрасная растрата имущества вопреки родительскому запрету («мот»);
г) злоупотребление алкоголем вопреки родительскому запрету («пьяница»);
2) преступное злословие в отношении родителей: «Проклят злословящий отца своего или матерь свою!» (Втор. 27:16). Второзаконие не снабжает данный запрет санкцией, но его включение в систему общественно опасных деяний, подлежащих всенародному ритуальному проклятию после завоевания Земли обетованной, указывает на возможность применения к виновному самой суровой меры уголовной ответственности. Кроме того, в книге Исход говорилось, что такое преступление наказывалось только смертью (Исх. 21:17). Объективную сторону состава злословия образуют как клевета, так и оскорбление родителей.
Библеист А.П. Лопухин, объясняя жестокость наказания за безнравственное отношение детей к родителям, подчеркивал, что необходимо понимать значимость родительской власти в период патриархального состояния народа, но при этом отмечал: «Закон Моисеев является уже значительным шагом вперед в области гуманности и личного права, так как он ограничивает произвол родительской власти перенесением дела на общественный суд» .

В отличие от ветхозаветного законодательства современный российский уголовный закон не выделяет в самостоятельный состав преступления применение насилия в отношении родителей, которое квалифицируется по общим нормам о преступлениях против жизни и здоровья (ст. ст. 105 - 125 УК РФ). Не выделяет родителей в особо охраняемую группу потерпевших и норма о клевете (ст. 128.1 УК РФ). Зато показательны в данном отношении древнерусское право и уголовное законодательство царской России, которые формировались под влиянием ветхозаветных уголовно-правовых норм .

Например, Устав князя Владимира Святославича о десятинах, судах и людях церковных признавал преступным насилие в отношении родителей, свекрови и других членов семьи («иже отца и матерь бьют», «сын отца бьеть, или матерь или дчи, или снъха свекровь») .

В ст. ст. 1 и 2 гл.
Традиции уголовно-правового обеспечения уважительного отношения к родителям поддерживались в России вплоть до начала Думается, что подобный опыт уголовно-правового регулирования и охраны семейных отношений полностью отвечает правосознанию и морали в нашем обществе и может быть вновь применен путем дополнения составов умышленных преступлений против жизни и здоровья (ст. ст. 105, 111, 112, 115, 116 и 117 УК РФ), посягательств на свободу и честь личности (ст. ст. 126, 127, 128.1 УК РФ) квалифицирующим признаком, усиливающим уголовную ответственность за деяния, совершенные в отношении родителя, усыновителя, опекуна или попечителя.

Теги: Семья
Автор:  В.Г. БЕСПАЛЬКО


Важно, чтобы юридическая помощь была предоставлена как можно раньше. Цена моих услуг – это количество времени и сил, которое я затрачу на ваше дело. Я пытаюсь удерживать баланс, делая свои услуги одновременно качественными и доступными по цене. Я иду навстречу своим клиентам, устанавливая окончательную цену на услуги индивидуально для каждого клиента и только после полного ознакомления с материалами его дела. Но даже первая консультация, данная мной по телефону, может стать для вас или вашего родственника если не спасением, то серьезным доводом в общении с правоохранительными органами.


Частые вопросы

Адрес

  • 443 093, г. Самара
    ул. Мориса Тореза, 1а (адрес адвокатской коллегии)

График работы
  • Круглосуточно
  • 7 дней в неделю

Сайт
Телефон
  • +7 495 500 29 80


Факс:
  • +7 846 336 58 01
Для корреспонденции
  • 117570, г. Москва, А/Я №32


Эл.почта

Это закрытый раздел сайта, просмотр только после регистрации
ВХОД
Ошибка
Эл. почта
Пароль
Войти
Вспомнить пароль
Зарегистрироваться
РЕГИСТРАЦИЯ
Ошибка
Имя*
Фамилия*
Адрес e-mail*
Регистрация
Авторизация
ВОСТАНОВЛЕНИЕ
Ошибка
Адрес e-mail
Востановить
Авторизация